Category: общество

Category was added automatically. Read all entries about "общество".

kitaj

неполиткорректное

Один человек, пошляк и сноб, увы, знакомый мне лично, недавно обхамил неизвестную мне и ему девушку. В комментариях к посту третьего человека. Обычный расклад. Давно пора вместо словосочетания «хам трамвайный» употреблять «хам фейсбучный». Конфликтующие были равно лишены аргументов, но это не имеет значения – как в битве шахматиста с боксером. Девушка поняла, что против лома нет приема и нечего мараться, и у туповатого хама осталось впечатление, что последнее слово все-таки за ним. Любопытно не это, а то, что хозяин страницы никак не вмешался в ситуацию. А зачем? Действительно, девушка взрослая, сама справится. Представим, однако, что у нее нашелся бы сочувствующий прямодушный защитник, который нашел бы грубияна и навалял бы ему люлей. Общественность возмутилась бы, думаю, примитивностью метода, потому что мало ли, что в каком фесбуке понаписано. У нас вообще свобода слова. Учтем.

А вот еще случай был. Другой мой знакомый, назовем его здесь «Ваней», повесил у себя антисемитскую картинку с вульгарной подписью. Мягко намекаю, что не стоило. «Ваня» отвечает, что картинку убирать не будет, потому что она ему нравится. Допустим, что, не имея склонности к рукоприкладству, в ответ я бы разместила ужасно смешные порнографические картинки с участием ваниных детей. Количество шума после даже не берусь представить. Как же можно сравнивать, да? А кто и в каких единицах измерил величину оскорбления? Вот, что любопытно.

Допускаю также, что активная общественность будет настаивать на том, чтобы подавать на каждого ваню в суд. И если нет такого закона - лоббировать. Но мне почему-то кажется, что это та же самая общественность, которая на недавнем суде за «кощунство» кричала, что нет такой буквы в этом слове.
Разговор быстро превратится в такой вот абсурд, где с каждой стороны достаточно и здравых мыслей и полной ахинеи, но к согласию они не могут прийти даже в теории:
http://echo.msk.ru/programs/personalno/1469540-echo/

Но больше меня волнует то, что для того, чтобы подумать о чувствах – национальных, религиозных, гендерных и прочая и прочая – хотя бы друзей и близких, - мало слов этих самых друзей и близких, необходимо давление извне. Вот это кто мне может объяснить?

И не надо мне про сатирические традиции, сработанные еще рабами Рима. Нормы меняются, будьте добры это учитывать. Мало ли что было можно раньше, что ж теперь всем обратно на пальму влезть, лишить женщин избирательного права и разрешить курить в детском саду?

Да, французы пострадали жестоко. Хотя это были не обыватели на улице, а люди, которые очень хорошо знали, что они делают, где и зачем. И получавшие предупреждения неоднократно – словом и делом. Если несколько отодвинуть вопрос о способе решения проблемы (считаете, что жизнь никак не может быть ценой за оскорбление? во времена дуэлей думали иначе), то получится, что стрелявшие действовали по правилам самого «демократического общества» - отстаивали свое право на свободу совести и религиозное самоопределение, а пострадавшие пострадали-таки за разжигание межнациональной розни. А иначе получается, что в обществе равных одни все же сильно равнее других. (Я не предлагаю никакого решения этой ситуации, меня интересует только ее лицемерие). Это как если бы профессор Преображенский сказал Шарикову, что мол, Вы, хоть и собака, а такой же гражданин, имеете равные со всеми права в квартире, в которой живете, но если что не так пойдет – у меня есть право раскроить Вам голову. В жизни, кстати, череп оказывался раскроенным больше у профессоров, но это никого ничему не научило.

Надеюсь, настолько недалеких у меня среди читателей не найдется, но если кому показалось, что я на стороне террористов – ошибаетесь. Конечно, нет. Любое насилие омерзительно. Но господа хорошие, единодушно понаименовавшие себя Шарлями, зачем так далеко ходить? В нашей стране ежегодно более 10 тысяч женщин погибают в результате домашнего насилия. И это происходит не где-то там – а рядом с вами, может, в эту самую минуту, может, у вас за стенкой. Почему же не написать на лбу не «Je suis Charlie», а «Je suis женщина, забитая до смерти пьяным мужем»? Что, такое писать не интересно? Ну-ну.

Примечания:
1. Я не поддерживаю террористов и преступников вообще.
2. Я православная христианка и: мне не стыдно, не считаю себя сектантом, мне не наплевать на грязные выпады атеистов.
3. Я не согласна с политикой нашей церкви в отношении Pussy Riot, если кому интересно, что я по этому поводу думаю – поищите в сети.
4. Я различаю критику, сатиру, юмор, анекдот, шутку и оскорбительную похабень.
5. Отдельное извинение Михаилу Афанасьевичу за слишком вольную трактовку образов романа.
6. Еще ссылка:
http://politconservatism.ru/thinking/smekh-i-slezy/?ELEMENT_CODE=smekh-i-slezy
kitaj

пленная судьба

Оригинал взят у latynin в пленная судьба
Не жди ответа от глухой стены,
И не перечь ни ветру, ни метели.
Смотри свои мерцающие сны,
Которые не сны на самом деле.

Мелькнула тень по лезвию воды,
Скользнул рассвет за сомкнутое око.
К больному Богу робкие следы
Засыпаны надежно и глубоко.

Чего ты ждешь от мерзости погод,
От сала свеч, стекающего долу,
От кучи сброда именем народ,
Покорного усопшему монголу.

Возьми печаль, сверни ее в трубу,
И посмотри, как выглядит свобода.
Увидишь кровь и пленную судьбу,
За пряслицей сидящую у входа.

Она прядет, и жизнь еще жива,
И почки вербы, как шмели, взлетели,
По всем земным законам естества,
Которые мертвы на самом деле.

kitaj

история новыми глазами - часть 1

Захотелось сохранить у себя в журнале этот текст. Будет интересен тем, кто считает историю наукой не повторять ошибок. При условии, что эти люди не разучились читать много слов подряд.

Послесловие к книге Гюнтера Грасса «Крик жерлянки»
Бослен, 2013, Москва

Век изгнаний
От переводчика


В своей Нобелевской речи, произнесенной в 1999 году, Гюнтер Грасс сказал: «Я происхожу из семьи беженцев. Поэтому кроме всего, что подгоняет писателя от книги к книге — обычное тщеславие, боязнь скуки, эгоцентризм, - в качестве побудительной силы заявляло о себе окончательное осознание того, что родина утрачена безвозвратно. Collapse )
kitaj

накося выкОси

Из года в год меня поражает ритуал уничтожения травы в Москве. Полное отсутствие логики и "Дневника наблюдения за природой" с 1 по 3 класс у чиновников. Со своего балкона могу наблюдать, как соревнуются в стрижке под ноль газонокосилки больницы и нашего РСУ. Возле дома (точнее, за домом) тень от больничкого забора, неухоженная территория. Растут там, честь ему и хвала, непритязательный подорожник. Редкая травка поднимается выше положенных 10-15 см (кто, интересно, отмерил?). И тем не менее, выкашивают и это последне, обнажая пыльную субстанцию московского "чернозема" и тщательно обходя косилкой мусор, бутылки и доисторические куски бетона. Можете представить, какая наводится красота и порядок этими действиями.
С другой стороны забора растут упрямые сорные, но очень красивые травы, цветущие мелким голубым. В первое лето в этом доме я еще подумала, какую хорошую траву посадили - и смотрится хорошо, и ухода не требует. Так я наслаждалась до первого покоса. Эти сорняки - не газонная трава. После них не зеленый ворс, а острые штыри. В чем смысл этого дизайна? На этой части территории больницы почти не бывает людей. Из окон лучше цветочки, чем унылый частокол. Клещи там не водятся - тени почти нет, кустарника тоже. Воды нет, комары плодятся гораздо дальше, где пруды.
А прошлым годом еще добавилась деталь: часть "газона" была завалена строительными материалами, разобранными лесами - шел ремонт. Вокруг этих куч металла, досок и прочего старательно срезали те самые цветы. К концу лета стройку убрали. На ее месте оказалась роскошная ровная высокая трава, которой не помешали ни трубы, ни доски. Остальное пространство осталось в лишае и проплешинах не восстановившей свои силы природы после периодического тщательного "ухода".
И вот оказывается не одна я такая. Нашла петицию по поводу:
http://www.change.org/petitions/%D0%BA%D1%83%D0%BB%D1%8C%D0%B1%D0%B0%D1%87%D0%B5%D0%B2%D1%81%D0%BA%D0%BE%D0%BC%D1%83-%D0%B0%D0%BD%D1%82%D0%BE%D0%BD%D1%83-%D0%BE%D0%BB%D0%B5%D0%B3%D0%BE%D0%B2%D0%B8%D1%87%D1%83-%D0%B2%D0%B5%D1%80%D0%BD%D1%83%D1%82%D1%8C-%D0%B2-%D0%BC%D0%BE%D1%81%D0%BA%D0%B2%D1%83-%D0%BF%D1%80%D0%B0%D0%B2%D0%B8%D0%BB%D1%8C%D0%BD%D1%8B%D0%B9-%D1%83%D1%85%D0%BE%D0%B4-%D0%B7%D0%B0-%D0%BB%D1%83%D0%B3%D0%BE%D0%B2%D1%8B%D0%BC%D0%B8-%D0%B8-%D1%80%D0%B0%D0%B7%D0%BD%D0%BE%D1%82%D1%80%D0%B0%D0%B2%D0%BD%D1%8B%D0%BC%D0%B8-%D0%B3%D0%B0%D0%B7%D0%BE%D0%BD%D0%B0%D0%BC%D0%B8-%D0%BD%D0%B5-%D0%BA%D0%B0%D0%BA-%D0%B7%D0%B0-%D0%BE%D0%B1%D1%8B%D0%BA%D0%BD%D0%BE%D0%B2%D0%B5%D0%BD%D0%BD%D1%8B%D0%BC%D0%B8-%D1%82-%D0%BA-%D0%BF%D0%BE%D1%81%D0%BB%D0%B5%D0%B4%D0%BD%D0%B5%D0%B5-%D0%BD%D0%B0%D0%BD%D0%BE%D1%81%D0%B8%D1%82-%D0%BE%D0%B3%D1%80%D0%BE%D0%BC%D0%BD%D1%8B%D0%B9-%D1%83%D1%89%D0%B5%D1%80%D0%B1-%D1%8D%D0%BA%D0%BE%D0%BB%D0%BE%D0%B3%D0%B8%D0%B8-%D0%B8-%D1%8D%D0%BA%D0%BE%D0%BD%D0%BE%D0%BC%D0%B8%D0%BA%D0%B5-%D1%80%D1%84
Эх (((((
kitaj

Священник Георгий Чистяков о том, почему надо идти на шествие

Оригинал взят у tapirr в Священник Георгий Чистяков о том, почему надо идти на шествие
Священник Георгий Чистяков (+22.06.2007): массовые митинги - это Божье дело

Беседа  со священником Георгием Чистяковым

  

— Отец Георгий, я не могу забыть вашу проповедь, которую вы произнесли в минувшее воскресенье за ранней литургией. Поворот темы был для меня неожиданным. Я ощутил всю важность того, что происходило, когда мы стояли и слушали вас. Я напомню, что вы начали говорить, вспоминая притчу о добром самарянине. Вообще-то она начинается не с того, кто добр или кто ближний. Предшествует этой притче разговор Спасителя о том...

— Какая заповедь...

— Важнейшая, главнейшая. И то, к чему вы привели нас своей проповедью, утверждает меня в мысли, что, наверное, это и есть самое главное, чем сейчас надо заниматься: то, о чем вы говорили. То есть держать в своих руках ответственность за судьбу страны, — сейчас это, кажется, самое важное дело. Поэтому я, прежде всего, просил бы вас снова провести вот это рассуждение, начиная от того, какая заповедь главнейшая, и повторить ваши замечательные слова о добром самарянине, и затем уже ввести читателей, а не только тех, кто были на службе, в русло этих размышлений: как, собственно говоря, ощутить себя ближним к тем людям, кто очень от нас далек.

Это, конечно, смыкается с всегда трудной темой — как возлюбить врагов. И мне очень нравится, очень симпатична ваша позиция, я хотел бы, чтобы читатели нашего журнала к ней подошли тоже — во всяком случае, знали вашу точку зрения. Почему это важно? Потому что, вообще, мне кажется, сейчас — какой-то поворотный момент, и от умственных, речевых и деятельных усилий всех нас зависит то, в чем мы будем жить завтра и послезавтра.

— Конечно, вспомнить, что было сказано прежде, не очень просто. Можно вспомнить темы, можно вспомнить основные идеи. Я постараюсь не воспроизводить в памяти произнесенное слово — просто, пользуясь вашей подсказкой, сказать то, что мне кажется, действительно, главным.

За семьдесят с лишним лет советской истории верующих людей воспитали так, что они должны были чувствовать себя на обочине истории, чувствовать себя в гетто, что они должны были благодарить власть уже за то, что она их не сажала в тюрьму, что она им разрешала очень тихо, про себя, если никто не слышит, исповедовать свою веру. Мне кажется, это у Солженицына где-то написано о том, что молиться можно, но только так, чтобы никто не слышал. Вот примерно в этом направлении воспитывала власть религиозные чувства у всех нас. Власть верующий человек ни в коем случае не должен был критиковать, не должен был ни в коем случае видеть в ней что-то дурное — и так далее. И сейчас эта ситуация возвращается, причем она возвращается не потому, что власть требует этого, — сегодняшняя власть, к счастью, этого ещё не требует, — но потому, что верующие усвоили такой стиль поведения.

И многие наши прихожане, которые пришли в свое время к Богу через демократическое движение, как активисты «Демократической России», — они теперь говорят о том, что тогда, когда они поднимали народ на антикоммунистические митинги, когда они распространяли листовки, когда они собирали подписи — и так далее — и были, в конце концов, теми инициаторами, которые выводили миллионы людей на митинги, — они теперь говорят: «Мы были не правы. Не это нужно России».

Как — «не это нужно России» — когда именно благодаря этим митингам была в конце концов устранена от власти коммунистическая партия?!

В результате начали восстанавливаться храмы, издаваться новые книги. Начали публиковаться книги Священного Писания, богословская литература и просто та первоклассная литература, художественная и философская, которая все время советской власти была запрещена. На самом деле, тогда — теперь это уже десять лет тому назад — произошла бескровная революция. Революция, во время которой не было жертв, во время которой не было насилия, но изменилась страна.

И, вспоминая атмосферу тех многотысячных митингов, я сегодня могу с уверенностью сказать: это было Божье дело.

Потому что люди шли на эти митинги в радостном и добром настроении. Никто не толкал друг друга, хотя улицы были запружены миллионами людей. Никто не обижал, не оскорблял друг друга. Не было раздраженных лиц, не было криков, не было проклятий, не было брани — всего того, что мы видим очень часто и по телевидению, и когда мимо музея Ленина, скажем, я прохожу по дороге в метро, я все это вижу воочию, — той ожесточенности, раздраженности, которая отличает любые митинги у коммунистов. Поэтому сейчас, именно глядя на начало девяностых годов, как на далекое прошлое, — даже не только начало девяностых, — конечно, и восьмидесятых, — я могу смело сказать: тогда это было Божье дело.

И поэтому говорить сегодня, что мы были не правы, когда принимали участие в демократическом движении, абсолютно недопустимо. Вот это уже есть проявление какого-то безбожия под видом благочестия. Мне кажется, что сегодня лидерам левых, или... — пока их называют «левыми»... — но, во всяком случае, лидерам тех политических групп, которые готовят возвращение тоталитаризма в России, возвращение коммунистической власти в той или иной форме, — им как раз очень важно, чтоб мы вновь стали тихими, чтоб мы спрятались, чтоб мы занимались каждый своим делом как можно тише, зная, что тот, кто вылезает, непременно будет наказан.

Если мы с вами вот сейчас переходим к размышлению о том, что христианин должен быть активен, — а мы знаем из прошлого, как активны были подвижники, как активны были праведники, как активна была в высказывании своих взглядов на жизнь общества мать Мария Скобцова или многие другие люди её времени и предыдущего времени, — в частности, великая княгиня Елизавета Федоровна, — если мы сейчас все-таки перейдем от этой проблемы того, что христианин не должен быть пассивен, — христианин не должен автоматически признавать любую власть и любую форму правления, а должен помнить о том, что власть от Бога тогда, когда она — власть.

Апостол ведь, когда говорит в своем выражении: «несть власть, аще не от Бога», употребляет слово «arch». А «arch» — это власть, когда она есть начало разумного управления. Он мог, говоря о власти в русском смысле этого слова, употребить какое-нибудь другое греческое, например, «dunamis» — сила, — он ведь не его употребляет. Или «kratos» — могущество — тоже применительно к государству употреблялось такое слово. Нет, он говорит — не «dunamis», он говорит: «arch», имея в виду, что власть — тогда власть, когда она разумна: вот тогда она от Бога.

А может быть банда разбойников, которая захватила верховенство в государстве. Тогда говорить, что такая банда тоже освящена, что её деятельность освящена Богом, — абсолютно недопустимо.

Если мы вернемся к тексту Послания к Римлянам, то дальше там говорится: «Власти же, которые есть...» — и вот эта вот частичка «de» греческая — «же» по-русски — она указывает на то, что таким образом могут быть какие-то государственные структуры, которые не от Бога: «Власти же, которые есть сейчас...» — они от Бога установлены. Иными словами, Апостол показывает, что языческая римская империя — государственная система не христианская, но основанная на праве, — а римская империя основана на римском праве — она установлена от Бога. Таким образом, Апостол нам показывает, в общем, какую мы должны искать государственность — государственность, которая основывается на праве, а не на каких-то идеологемах. Не государственность восточного типа, а государственность, которая сегодня называется демократической.

Но если мы от этой проблемы перейдем к другой и вспомним, выступая за демократию, выступая за ту государственную систему, которая даёт возможность нам свободно исповедовать нашу веру, свободно учить вере детей, свободно проповедовать, издавать Слово Божие, говорить о Боге, издавать другие книги, которые мы почему-то считаем нужным издавать, — вспомним, что у этой системы очень много противников, — и, конечно, нам очень трудно относиться к ним хорошо. Мы их считаем, если не врагами, то, во всяком случае, людьми, взгляды которых для нас неприемлемы, людьми, которые, с нашей точки зрения, у власти находиться не должны. Если бы они не находились у власти, если бы они были от власти отстранены, то мы б, наверное, научились: с легкостью их жалели, им сострадали и сумели бы выполнить ту заповедь, которую нам дает Христос, говоря: «Любите враги ваша».


Collapse )

Значит, наша задача заключается в том, чтобы не скрывать свою позицию, не бояться своей позиции, не думать, что можно пересидеть. Мне кажется, что в двадцатые годы именно потому не пала советская власть... Ведь мы спрашивали — мы, студенты семидесятых годов, несколько раз — спрашивали у Алексея Федоровича Лосева: почему он не уехал, когда уехали остальные? И Лосев говорил: «Ну как?.. Потому, что меня не посадили на пароход и не вывезли вместе с остальными. А так-то я был уверен, что власть советская долго не продержится.» Так вот, не один только Алексей Фёдорович Лосев, но и многие другие были уверены в том, что советская власть не продержится долго, и поэтому старались пересидеть сложный период дома. Из этого ничего не вышло, потому что именно таков был расчет советской власти: что все будут напуганно сидеть дома, а в это время власть будет делать свое черное дело. Мы не должны испугаться. Мы должны то, что мы говорим нашим родным и знакомым, то, что мы говорим в наших лекциях, то, что мы пишем в наших статьях и книгах, — мы должны продолжать говорить, писать, делать.

И, кроме того, мы не должны, конечно, бояться публичной деятельности, общественной деятельности. Мы должны понимать, что бывают периоды, когда политиками становятся все. Бывают периоды, когда всем приходится выходить на улицы для того, чтобы мирными средствами делать, как говорили чехи в эпоху антикоммунистического переворота последнего, — чтобы делать «бархатную революцию» — ту революцию в Праге, во время которой на бульварах города не было сломано на деревьях ни одной веточки.

В сущности, то что произошло после августовского путча, было тоже такой же «бархатной революцией». Причем я помню, какое прекрасное настроение было у людей. На самом деле это прекрасное настроение и привело к тому, что не была осуждена коммунистическая идеология, потому что людям казалось, что она и без осуждения со стороны международного суда умрет, уйдет в небытие. Это оказалось ошибкой. Международный суд в то время был возможен, и он был необходим. Поэтому прекраснодушие, конечно же, опасно.

Но я подчеркиваю, потому что это чрезвычайно важно: политика может делаться ненасильственно. Политика может делаться людьми, которые уважают и берегут друг друга. Политика может делаться по-христиански, если христиане не боятся включиться в политику, если христиане не боятся того, что они «замарают» себя этой политикой. Можно приводить множество примеров верующих политиков. Применительно к ХХ веку это и Конрад Аденауэр, и Рональд Рейган, это и многие другие люди... Генерал де Голль, например. Все они сделали очень много, и все они не применяли насилия. Рейгану ставят в вину «звездные войны», но, как известно, ни на Россию, ни на какую другую страну ни одной бомбы во время правления Рональда Рейгана не упало.



Collapse )

kitaj

кинестетическое

"...Если вы думаете, что людей с кинестетическим голоданием мало, то поищите по запросу "контактная импровизация". - цитата из Бориса Жукова
Ссылки не ставлю, потому что его пост был совершенно о другом.
Собственно вопрос, занимаются ли КИ люди с повышенным кинестетическим голоданием. И вообще, посмотрела значение слова "кинестетический" (о, ейс, я знаю новое слово на букву К )))) и мне стало совсем не понятно, почему голодание кинестетическое, а не просто тактильное.

Кинестетическое - относящееся к движениям тела. Кинестетическая чувствительность – это почти органическое или элементарное психологическое ощущение органов нашего тела образует исходную точку любого психологического анализа (даже анализа «восприятия»).
Кинестетический - термин используется для описания обратной связи между ощущениями и мышцами тела. Следовательно, в первую очередь имеются в виду ощущения, связанные с движением в пространстве.

А самое смешное совсем и не про то. ИК пытался вспомнить, где видел эту фразу, перебрал - Житинский, Быков. Оказался Жуков. "Так это же среднее между Житинским и Быковым!" - обрадовался ИК. ржунимагу
kitaj

панчохи и шкарпетки

Вспоминается апория Зенона про Ахиллеса и черепаху.
Не успела группа в полосатых купальниках посмотреть мое собрание детских книг, как я понавезла еще.
Вот очень кстати Пеппи - в этом году 100 лет Линдгрен.

Collapse )